Как я стал крымским татарином

Олексій Гіренко бізнесмен, зараз - доброволець

Друзья, учитывая, что мне неожиданно представилась такая возможность, смею обратиться к Вам не с солдатской историей, а с не менее важным, на мой взгляд, посланием. Это не призыв о помощи. Нет. Это обращение с тем, что когда-то стало эпизодом моей частной жизни, но тем, что я считаю важным для нас всех. Мои слова могут звучать несколько скукоженно и сумбурно, но я, все же, надеюсь, смею Вас просить прочесть это признание целиком. Итак, позвольте все объяснить. Более двух лет назад я принял решение уехать из Украины. Да, именно покинуть Украину, а не поменять работу или что-то изменить в привычном укладе жизни. Для этого имелись принципиально важные для меня причины, которые кому-то могут показаться смешными или инфантильными, но, все же, я рискну поделиться с Вами этим фрагментом своей жизни. Однажды, еще в родном Запорожье, я поймал себя на мысли, что критикую собственный народ со странной самоотверженностью. Переезд в Киев, новые знакомые, интересная работа, к сожалению, не избавили меня от этого душевного дискомфорта. Хуже того – боль усиливалась. Стремление понять свой народ, определить его ментальную матрицу развило во мне некую внутреннюю гиперчувствительность. Будучи гражданином Украины, я стал физически ощущать, что что-то в моем народе вызывает во мне не только раздражение, но даже отторжение и это что-то присутствует, живет и во мне самом... Простите, друзья, мою откровенность, но, все же, мне по-прежнему кажется, что я имею на неё право т.к. это одна из форм рефлексии основанной на самоидентификации, на попытке осознать себя частью своего народа. Или – возможно – это один из доступных мне способов стать достойным гражданином своей страны, обнаружить себя в существующей системе социальных координат, оставаясь при этом со своим народом и не поддаваясь искушению идентифицировать себя только с какой-либо его частью. ...При этом качественный состав украинского народа вызывал во мне внутренний гнев. Мы, украинцы – это множество добродетельных и достойнейших людей, множество злых и озлобленных сограждан и... и колоссальное количество безразличных (не только к другим, но и к себе), бездушных людей. Именно бездушные люди, по моему мнению, представляют самую большую опасность для нашего общества, нашего народа. ...в эти годы мрачные в эти годы душные развелись невзрачные люди равнодушные... И вот, однажды, мне стало тошно. Мне стало настолько тошно от самого себя, от собственного критиканства, от ощущения затхлости и безразличия, наполняющих мою Родину, что я принял решение. Много честнее уехать, чем критиковать и порицать свои народ и страну. Это было принципиально важной для меня причиной, оправдывавшей моё решение покинуть Украину. Знаете ли, любить нашу Родину и её сограждан на расстоянии намного приятнее и гармоничнее, чем пребывая среди них. Особенно если живешь в Москве. Много всего, за это время, разного и разнообразного происходило в моей жизни, в ее восприятии и восприятии себя в ней. Жизнь шла, а вслед за нею поспевал и я. Помню с какой радостью, по прошествии нескольких месяцев, после отъезда из Украины, я первый раз приехал погостить в Киев. О, какие же отзывчивые и приятные люди меня окружали теперь! Что изменилось в украинцах, что произошло со страной? Много чего – изменился я сам. Т.е. все оставалось прежним, но прежним по-иному. В последующие визиты на Родину стал замечать, что на третий день пребывания в Киеве эти приятные ощущения плавно улетучивались, но это никак не повлияло на ритуал и частоту посещения Украины. Это было какое-то забавное чудачество – жить в Москве, что бы отдыхать в Киеве. Должен признаться – по-настоящему красивым я увидел Киев лишь после переезда в Белокаменную. Мне нравилось бродить по городу, рассматривать дома, улицы, людей. Возможно, когда-то, когда Россия станет страной свободных людей, мне понравится и Москва. Может быть. Сложно вербализировать все метаморфозы, происходившие и происходящие с моим чувствованием Родины, восприятием человека и человеческого, да и вряд ли стоит доверять словам эти незаметные, но важные сдвиги. Отмечу единственное – неразрывные связи обнаруживают себя особенно остро, когда мы пытаемся их оборвать. А потом был Майдан. Помню в первые дни этого набухания гражданского самосознания, прежде чем поехать к Маме на день рождения в Запорожье, я навестил Киев. У меня не было сомнений что после того роста гражданской апатии (да-да, именно апатия в нашей стране произрастает особенно хорошо), окутавшей общество после Оранжевой революции, народ не поднимется на защиту собственных прав и будущего. К счастью, я ошибся. В Киеве Свершилась История. Мой инфантильный апатичный украинский народ сам вершил Историю. А История, приняв от Украины жертву Небесной Сотни, отблагодарила нас надеждой, еще одним шансом, что мы не быдло, мы не хохлы... Жаль что некоторые, казалось бы, простые вещи доходят до нас с таким опоздание. Наверное, поэтому мы до сих пор продолжаем оплачивать свою ограниченность украинскими жизнями. Иногда я задаюсь вопросом: были бы те всплески активности и прироста масштабов борьбы, если бы не пролилась кровь? Порой мне кажется, что к "хатоцентризму" мы обращаемся только после того как горе приходит в наш собственный дом, и от размеров этого горя зависят пределы нашей "хаты с краю" (ограничивается ли она нами лично, нашими близкими, нашей страной, и т.д.). В январе, увидев это ошеломляющее народное единение против зла и во имя будущего, что-то во мне сместилось. Что-то важное и до сих пор не рационализируемое. Нельзя сказать, что я увидел иной или новый народ. Нет. Я узрел возможность. С радостью и гордостью, но лишь возможность, т.к., наряду с людьми готовыми умирать за Будущее, вопреки моим очень субъективным предположениям, среди нас обнаружилось паталогически много лиц готовых бить и убивать за деньги. При всем уважении к их вкладу в историю страны, у меня не вызывает восторга готовность моих сограждан терпеть лишения и умирать ради того что бы свергнуть наше коллективное, порожденное всеми вместе Прошлое. Прошлое наше было коллективным, и породили мы его все вместе. Участие и ответственность людей умеющих отличить черное от белого – думающих людей – в порождении коллективного Прошлого намного выше, чем ответственность тех, кто непосредственно за него голосовал и потворствовал его сумасбродству. Думающие и молчаливые созерцатели зла намного опаснее, чем его активные пособники. Мы все понемногу рождали зло, ибо кем оно было в самом начале? Малограмотной особью, которой одни вверили право быть главой государства, а другие просто смирились. А потом мы все вместе начали пестовать наше общее зло: взятками гаишникам и чиновниками для того что бы они просто делали свою работу, откупными и отступными, молчанием и смирением, когда другие вершили черные дела... Я питал режим, зачастую, более других. Одной из причин моего пробуждения от оцепенения, наверное, было то, что я посмотрел на свою Родину и народ со стороны. У Альбера Камю, в дневниках, есть хорошая фраза: "Разница между людьми, для меня, заключается не в достигнутом, а в возможном". Однажды я смог представить доступное и возможное для нас совместное будущее в одной стране и с тем же самыми людьми. Вот и все. Аннексия Крыма лишь ускорила мое возвращение в Украину, возвращение Домой. Где-то я прочел, что на каменной стене шотландского парламента высечено: "Трудитесь так, как будто вы живете в первые годы достойного и великого народа". Я осознал, что у меня не может быть другой Родины, но моя Родина может быть другой, и разница между нынешней Украиной и возможной заключается в людях. В людях готовых взять на себя ответственность за будущее. Именно в этой разнице, между нынешним и будущим, заключены мы – люди способные взять на себя ответственность. Именно так я могу сформулировать то, что принял и понял, то во что верю. В этом заключена моя свобода как человека, и ответственность как гражданина. Учитывая, что Вы провели со мной так много времени, читая всю эту историю, я, все же, попрошу еще немного времени и поделюсь с Вами еще кое-чем очень важным для меня и для нас всех. В конце апреля 2014 года мне довелось общаться у себя на кухне, в Москве, с российскими товарищами – людьми образованными и где-то даже талантливыми. Говорили, как всегда, обо всём, но когда касалось Украины и происходящего – мне, конечно же, оставалось только слушать. Слушать приходилось не потому, что нечего было сказать или рассказать, а потому что, как минимум, с декабря 2013 года самое большое количество экспертов по Украине живет именно в России. При этом не важно бывали ли они когда либо у нас или нет. Как только, во время общения с россиянином, возникает тема Украины (а она неизбежна, ибо в России проблему дураков и дорог заменила Украина) тебя непременно накрывает категоричностью коллективного понимания процессов. Это, порой, даже потеха смешанная с досадой, – видеть, как телевизор прирастает к человеку, заменяя ему отдельные органы. Так вот, сидели мы и общались с ребятами, периодически имитируя предметное общение, и где-то к ночи, по привычной традиции, коснулись темы Крыма. В этот раз мне удалось подправить дискурс, перейдя от полуострова непосредственно к судьбе крымскотатарского народа. И когда я рассказывал о трагической судьбе оболганного народа, о депортации и геноциде, о том, что сейчас, очередной раз, творят с коренным народом на его же земле, о том, что у целого народа забирают право на его будущее, и к чему все происходящее может привести – меня понимали. Да-да, понимали. Люди-то, как утверждал, не глупые – всего лишь инфицированные. Но мне, методично повторяли: "Да, может ты и прав, может так и есть, а тебе-то какая разница?" Я пытался говорить о чувстве справедливости, о жизни, о гуманизме которым пропитана русская культура... о здравом рассудке, в конце концов. А в ответ, по-прежнему, мне отвечали: "Так в чем смысл, тебе что, плохо?". Так, по завершении одного из циклов общения, я сказал своим гостям: "Так я же сам крымский татарин. Ведь этого достаточно?". Лишь после этого признания меня поняли и приняли мою позицию, представляете себе?! Даже как-то прониклись моими эмоциями и чувствами! На следующий день, когда мои московские приятели отошли от ночных посиделок, в телефонном разговоре мне был задан вопрос: как выглядят крымские татары, и как возможно отсутствие их внешнего сходства со мной? Это, поистине, было очень необычно. Так, в свои 32, я стал крымским татарином, и меня стало больше чем было до этого. Через время, на майские праздники, я поехал к Родителям через Киев. После того как мои друзья убеждались, что я все такой же гражданин Украины (даже поскакать попросили), начинались расспросы о том как живется в Москве жидо-бандеровцам знающим русскую культуру лучше чем значительная часть граждан РФ. Кстати, это весьма любопытно, когда твои друзья, до этого не демонстрирующие признаков гражданского самосознания, вдруг оказываются в авангарде процесса. Таким образом, при живом интересе слушателей и не без юмора мне пришлось признаться друзьям в том, что я являюсь крымским татарином. Уже буквально через час многие из них спрашивали: "А как и нам стать крымскими татарами, и чем мы можем помочь?". Это было и приятно, и по-доброму. А потом я поехал в Запорожье к Родителям. Как Вы уже можете понять, общаясь с друзьями, я не мог избежать темы, которая, по моему мнению, важна для идентификации нас как народа. Помнится в разгаре ночи даже пришлось оповестить весь фейсбук о том, что я теперь крымский татарин. Папа мне сказал, что любил меня украинцем, и будет любить крымским татарином. А Мама просто поинтересовалась какие блюда добавить в домашнее меню дабы не ущемлять меня в праве чувствовать себя комфортно в родительском доме. Это было и мило, и ненавязчиво. Вслед за чем, конечно же, Родителям и брату я рассказал, почему мы все теперь крымскотатарский народ. Я вспоминаю как, на протяжении жизни, трансформировалось мое отношение к крымским татарам. Когда-то давно они не были для меня крымскими татарами, как и не являются ими сейчас. Помню в школьный период я читал о татарах живущих в Крыму, слышал о тех которые Крымское Ханство, монголо-татарское иго, татарские набеги... и все сразу – что-то агрессивное, не наше, "не приобщенное великим русским народом к цивилизации". Это очень грустно. Это стыдно. В советской школе, оказывается, были еще и закавказские татары (это азербайджанцы), а также предгорные и т.д. (этих татар я прогулял, как и целый ряд уроков о великом русском человеке, к счастью). Вообще-то, советской империи было присуще награждать всех иных ярлыками, такими вот великорусскими ярлыками ущербности. Шло время, и я узнал, что крымские татары – это, такой себе отдельный народ, живущий в Крыму и когда-то депортированный. Затем знакомство с Рефатом Чубаровым. И многое в моем представлении поменялось. В общем, не буду Вас утомлять этой темой, а добавлю лишь то, что упомянул ранее, – когда-то я слышал о татарах живущих в Крыму, а сейчас я знаю о къырымлы (къырымцах), которые сформировались, как народ, на своей земле в Крыму, которые имеют общего с татарами не больше чем с азербайджанцами и другими тюркскими народами. А мы, по-прежнему, спустя 23 года независимости, называем их крымскими татарами, но это другая история. Все это мое вульгарно долгое письмо я пишу что бы поделиться тем что считаю важным, и, отчасти, для того чтобы сформулировать опорные вехи своего понимания того, что с нами всеми происходит. Когда-то я думал что Крым – это Украина, а сейчас я уверен что Украина – это Крым, а все мы крымскотатарский народ, и от того, что мы все сделаем для народа с которым нам дан шанс жить в одной стране зависит кем и с чем мы выйдем из этой общей драмы с испытанием на совесть. Крымскотатарский народ и наше участие в его судьбе – это для украинцев возможность рефлексии на каком-то другом уровне, на уровне идентичности государства и народа. Это способность трансценденцироваться, дабы понять себя как нечто большее, чем всего лишь нация и принять себя как народ. В судьбах украинского и крымскотатарского народов очень много общего, особенно трагического. Периодически я пытаюсь почувствовать то, что чувствует Кырымлы живущий сейчас в Крыму. Почувствовать то, что чувствовал, и как жил мой народ в период семидесятилетней депортации. И у меня получается познать это только с позиции рацио, а с человеческой и эмоциональной позиций – полный ступор. Это больно. Это ужасно. Это судьба целого народа... Друзья, и все же у меня есть к Вам просьба, важная просьба. Это один из немногих случаев в моей жизни, когда я смею просить. Я попрошу Вас найти свободное время, чтобы почитать о судьбе моего, нашего крымскотатарского народа, о его формировании или богатейшей культуре, а может о геноциде, или просто – об обычаях и традициях (кстати, когда я читал о свадебных ритуалах – мне захотелось жениться именно так – красиво, проникновенно, изысканно). Пожалуйста, если Вы найдете время, прочтите что-нибудь о крымскотатарском народе, а потом поделись этим с кем-то из знакомых. Так нам будет легче вместе менять самосознание нас самих, влиять на самосознание других, а значит – формировать будущее страны. Наша страна может стать другой, если мы сами станем другими, если мы примем то, что нам вверен шанс быть сопричастными к судьбе великого крымскотатарского народа. А во взаимности народа, чьи представители, во многом, больше украинцы, чем мы сами, как показала многолетняя практика, мы можем даже не сомневаться. А еще, на всякий случай, я хочу поделиться своим пониманием того, где сейчас находятся ЕС, США, и другие... Сейчас, когда на нашей земле идет война, и когда нас хотят лишить своего права на будущее – они там же, где был я во время оккупации Молдавии, они там же, где был я когда оккупировали Грузию... Они сейчас в тепле, как и когда-то я. И все же, я смею заявить то, что считаю важным: весь крымскотатарский народ в нашей столице (как и Крым-SOS, землячество, и т.д.) существует в одной съемной квартире (во всяком случае так было летом этого года). Целый народ замечательным образом причастный к реализации нашей жажды свободы вместился в одну киевскую квартиру. И еще раз, я вновь попрошу: прочтите историю моего, крымскотатарского, народа, или почитайте о традициях, а может почитайте о том что происходит с нашим народом у себя же Дома. А потом... А потом, я был бы благодарен, если бы Вы об этом рассказали своим знакомым, а еще лучше – стали соучастником нашего будущего. Будущего нашей общей Родины! P.S.: Кстати, сейчас мы двигаемся в направлении зоны АТО. Так что, так или иначе, рано или поздно, друзья, мы еще встретимся! Друзья, пожелайте нам удачи! Миллет! Ветан! Кьырым! ---------------------------- Живи. Не жалуйся, не числи ни лет минувших, ни планет, и стройные сольются мысли в ответ единый: смерти нет. ------------------------ Будь милосерден. Царств не требуй. Всем благодарно дорожи. Молись – безоблачному небу и василькам в волнистой ржи. ------------------------ Не презирая грез бывалых, старайся лучшие создать. У птиц, у трепетных и малых, учись, учись благословлять! В.Набоков

Інформаційна агенція “Центр журналістських розслідувань”
Kyiv Kyiv Ukraine