Сергей Сидоренко

У вівторок ввечері президент Петро Порошенко оголосив, що Україна подала нову скаргу на дії Росії до Міжнародного трибуналу ООН з морського права. Справа має бути вирішена терміново – принаймні, на це розраховують в українському МЗС. Та й досвід цього трибуналу в подібних справах свідчить, що вже за місяць можна розраховувати на проміжне рішення.

Украинские моряки, захваченные россиянами в ноябре во время акта открытой вооруженной агрессии, являются военнопленными. Это – факт.

Украине еще необходимо его юридически доказать (и Киев уже начал это делать, подав иск в Европейский суд по правам человека), но даже до такого признания реальность не меняется. Есть Женевская конвенция 1949 года об обращении с военнопленными, и она не оставляет сомнения: Россия не только захватила пленных, но и дополнительно нарушила международное право, когда отдала украинских моряков под суд, как преступников.

Это действительно важно. И не зря наши моряки на каждом суде в Москве подчеркивают: мы пленные, а не преступники.

В предпоследний день весны Сенат Нидерландов двумя третями голосов одобрил ратификацию Соглашения об ассоциации с Украиной.

На этой неделе в Парламентской ассамблее Совета Европы произошло невозможное. Украинская делегация добилась отставки президента ПАСЕ Педро Аграмунта.

Президент Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) Педро Аграмунт, который уже снискал печальную славу в Украине, понемногу приобретает имидж «отрицательного героя» и в сердце Европы.

В среду 19 апреля Международный Суд ООН объявит первое решение по жалобе Украины против Российской Федерации.

В четверг во второй половине дня Европейский парламент с большим запасом голосов примет решение о безвизовом режиме для Украины.

День Валентина начался с новостей о переменах в ближайшем окружении президента США Дональда Трампа.

Минувшие выходные прошли под знаком обострения отношений между Израилем и Украиной.

Все подробности событий, разворачивающихся вот уже четверо суток на админгранице материковой Украины и оккупированного Крыма, знает довольно ограниченный круг лиц – несколько сотен людей в военном руководстве РФ и в Кремле.