С 2014 года Россия регулярно выбрасывает крымских рыбаков за борт. За это время они пережили: дискриминацию при распределении квот на отлов в пользу россиян, закрытие промышленных участков из-за строительства Керченского моста, запрет выходить в море из-за полномасштабного вторжения РФ в Украину, регулярное загрязнение акватории нефтепродуктами из старых корыт «река-море». А теперь – еще и реальная угроза всей отрасли: Россия устанавливает новые правила, по которым с 2030 года все виды гражданских суден старше 40 лет не смогут заходить в порты РФ и оккупированных ею территорий (а значит и выходить на промысел). Крымский рыболовный флот — именно такой «пожилой», заменить его за четыре года нереально даже тем рыбопромышленникам, которые, пользуясь особым расположением оккупационной власти, получают и доходы, и субсидии.
О наиболее успешных коллаборантах-рыбопромышленниках и российских зайдах, подминающих под себя рынок, смотрите в нашем расследовании «Кто ловит золотую рыбку в мутных водах оккупированного Крыма». А в этом материале проанализируем нынешнее состояние рыбопромышленной отрасли полуострова, стоящей на грани гибели и/или поглощения российскими монстрами.
С началом полномасштабной войны РФ против Украины рыболовным судам вообще запретили заходить в северо-западную часть Черного моря – от Севастополя до берегов Херсонщины, и почти полностью – в Азовское. Ведь России, которая теперь считает Азов исключительно своим, это море нужно для войны: для ввоза в Приазовье вооружения и вывоза оттуда краденого украинского зерна, руды, металла и другой продукции.
В результате всех ограничений объемы вылова рыбы промышленниками ВОТ Крымской автономии за десятилетия снизились почти втрое: от 15,6 тысячи тонн в 2014 году – до 4,7 тысячи тонн в 2024-м. Лучшая ситуация у севастопольских рыбопромышленников, в последние годы добывающих в среднем по 20 тысяч тонн рыбы и других биоресурсов.
Однако, учитывая, что рыбаки полуострова ведут промысел рыбы дешевого сегмента — черноморская килька и хамса (европейский анчоус), тюлька, азовский бычок, в мизерном количестве барабулька (султанка) и калкан — стабильными высокими доходами могут похвастаться не более полутора десятков компаний региона.
Из танкера «Волгонефть-239» в декабре 2024 года в результате кораблекрушения в Керченском проливе вылилось восемь тысяч тонн нефтепродуктов. Фото: Оперативный штаб — Краснодарский край
Между тем страна-агрессорка, выдавая себя добропорядочным пользователем морских благ, объявила новые правила судоходства: с 2030 года судам в возрасте от 40 лет будет запрещено заходить в российские порты, в которым РФ относит и те, что на оккупированных территориях Украины. При этом под одну гребенку с виновниками экологического бедствия в Черном море – владельцами старых танкеров типа «река-море» – под запрет поставили весь гражданский флот в возрасте 40+. Для крымских рыбопромышленников это означает только одно –
Сушить весла
Под раздачу попадают и известные коллаборанты-рыбопромышленники, верой и правдой служившие оккупантам, котоые входили во всевозможные советы при российских органах власти, создавали ассоциации в российской юрисдикции и представляли на форумах «русский Крым», получая при этом гранты и субсидии, которые помогали умножать доходы даже во время тотальных ограничений вылова.
К примеру, владелец наиболее успешного в Севастополе ООО «Голден фиш» Григорий Телебей уже в 2014 году стал членом Общественного совета при «Росрыболовстве», участвовал в десятках мероприятий, организованных российскими властями. Его компании стабильно получают субвенции тз федерального и оккупационного бюджетов, которые в основном идут на ремонт и модернизацию судов. «Голден фиш» владеет флотом из пяти рыболовных рефрижераторных судов. Все – уже за возрастной чертой в 40 лет.
Севастопольские рыбопромышленники-коллаборанты, участники выставки «Seafood Expo Russia & Global Fishery Forum 2024» в Санкт-Петербурге. Второй дсправа – Григорий Телебей. Фото: crimea-news.com
Старейшее судно флота «Голден фиш» — «Руза» было построено еще в 1953 году, «отслужило» в составе Черноморского флота как рефрижераторное вспомогательное судно 44 (!) года, после чего прошло ряд перепродаж коммерческим структурам, перепрофилирование на рыболовное и промышленное. Самое молодое судно – средний рыболовный морозильный траулер «Комета Галлея» – построено на «Ленинской кузнице» в 1987 году. В промежутке между ними – еще два средних и один малый траулер.
Следовательно, весь караван крымского рыбопромышленника №1 надо будет списать. Между тем, среди лидеров отрасли на полуострове закрепилось севастопольское ООО «Морской колокол», бенефициаркой которого в 2024 году напрямую стала совладелица крупной калининградской группы компаний «Марфиш» Екатерина Нечай. Как сообщал ЦЖР, ООО «Морской колокол» указало в реестре «Россельхознадзора» 20 своих поднадзорных объектов, половина которых находится в Севастополе, Феодосии и Керчи. Среди них пять рыболовных траулеров с причалами, цех и бассейн в Инкермане, некий производственный актив ООО «Сулакский рыбзавод», зарегистрированный в Махачкале (кроме Балтийского и Черного моря компании группы работают и на Каспии). «Марфиш» активно модернизирует старые траулеры и заказала строительство новых.
По прогнозам коллаборанта и главы «Ассоциации рыбопромышленников Севастополя и Крыма» Валерия Сивочуба (он же – заместитель директора «Голден фиш»), запрет старым судам выходить в море поставит рыбопромышленную отрасль России на грань банкротства, а в Крыму ее просто убьет. Потому что весь рыболовный флот на полуострове – стар и попадет под запрет. По его словам, это остатки еще советской рыболовной флотилии: 20 траулеров и сейнеров в возрасте 40, которые ловят хамсу, кильку, ставриду (это 90% всего крымского отлова), и около сотни маломерных судов, неводами добывающих барабульку, калкана, луфаря.
По словам рыбопромышленника Анатолия Скрипниченко, в 2014 году в Керчи отрасль насчитывала около 30 траулеров, сегодня их осталось всего два. В промысле барабули раньше участвовали до 100 предприятий, а сейчас, из-за закрытия участков для отлова, – 20-30.
Рыбный промысел у крымских берегов. Фото: «Азово-Черноморский филиал ФГБНУ»
Под замену подпадает почти весь рыболовный флот РФ – более 500 промысловых судов. А за последние восемь лет в России построили только 47 рыболовных судов — менее половины запланированного, да и те с задержкой на год-два, что удвоило их стоимость.
Примечательно, что в Крыму еще в 2021 году сообщалось о проектировании и строительстве на украденном «Севморзаводе» линейки из 10 рыболовных судов по заказу Торгового дома «Аквамарин». Однако сегодня завод простаивает и его собираются продать (об этом – ниже по тексту). На других судостроительных заводах Крыма гражданские суда строят, но – не для промысла рыбы.
По данным «Российской газеты», на феодосийском заводе «Море» в последние годы строят прогулочные туристические катера, для ВМФ России – корабли-мишени и ремонтируют катера серии «Сарган» для Росгвардии. На украденном керченском заводе «Залив» строят паром «Петропавловск» для портов Дальнего востока и буксир ледового класса, который будет работать в порту Сабетта (Ямало-Ненецкий автономный округ). Следовательно, крымские верфи работают на Россию, но для нужд крымской рыбной промышленности заказов нет.
Откуда растут ноги запрета для судов 40+
По замыслу российских чиновников, замене подлежит не только рыболовный, но и пассажирский, и грузовой флот — еще 1 670 судов. Но этот план далек от плачевной российской реальности. Учитывая «скорость» строительства новых судов, российскому судостройпрому понадобится на обновление лет 400. Особенно теперь, когда вся судостроительная отрасль России работает на войну. С 2022 года в приоритете обеспечение потребностей ВМФ. Гражданский флот – подбирает крошки.
Большинство кораблей и судов в России строят предприятия, входящие в состав «Объединенной судостроительной корпорации» (ОСК): 50 судостроительных и судоремонтных заводов, научно-исследовательских институтов и проектно-конструкторских бюро. Осенью 2023 года Путин передал ОСК в управление Внешторгбанка (ВТБ) сроком на 5 лет для финансового оздоровления компании. Председателем совета директоров ОСК был назначен подсанкционный российский олигарх и глава ВТБ Андрей Костин.
Андрєй Костин, глава правления ВТБ. Фото: Глеб Щелкунов
Откуда взялись дыры у огромного холдинга, на который приходится около 80% всех военных и гражданских заказов? ОСК попала под санкции сначала Евросоюза – за строительство кораблей на верфях, расположенных в Крыму, что способствовало милитаризации полуострова. Затем — под санкции США — за строительство российских военных кораблей, которые обстреливают города Украины и причиняют жертвы среди ее гражданского населения. Санкции поддержали Канада, Япония, Великобритания, Швейцария и другие страны, среди которых – ключевые поставщики высокотехнологичной «начинки кораблей». А импортозависимость российских рыбопромышленных судов оценивается в рекордные 90%.
Уже в конце 2022 года строительство рыболовных траулеров в России сдулось. ОСК просрочила или вообще провалила заказ. Новые управленцы из ВТБ насчитали более триллиона рублей дефицита средств на достройку заказов. Банкиры просили правительство залатать дыры за счет бюджета, а не за средства банка, и дальше работать только на рыночных условиях».
Под «рыночными условиями» Костин, вероятно, подразумевает принуждение рыбопромышленников делать заказы новых судов, которые им не под силу. Ибо сколько бы хамсы они не вытащили, на отбитие новых траулеров стоимостью в миллиард рублей и больше им понадобится не одна жизнь.
«Под нож» в таких условиях пойдут и краденные у законных украинских владельцев крымские судостроительные и ремонтные заводы.
«У нас есть верфи, на которых вообще нет заказов. Взять хотя бы Севастопольский завод, созданный в 1783 году. На нем нет заказов, там осталось 200 человек, то есть сокращено подавляющее количество работников. И заказы вряд ли придут», — говорит Костин.
Экспроприированный РФ «Севморзавод», принадлежащий Петру Порошенко, 5-му президенту Украины. Фото: соцсети
Что-то здесь явно не сходится. Если нужно срочно пересадить всех на новые суда, то почему верфи простаивают без заказов? Если верфи простаивают, где возьмутся новые гражданские суда? Наверное, в Китае, которому банкиры из ОСК, признав невозможность возведения в ближайшие 10 лет необходимых гражданскому флоту более двух тысяч судов, «уступили» строительство десяти балкеров, потому что на китайских верфях оно обойдется в четыре раза дешевле — в 3,5 миллиарда рублей вместо 12,5 млрд.
Такое себе «оздоровление», тем более, когда пациент скорее мертв, чем жив.
Рыба: поймай меня, если сможешь
Война РФ против Украины превратила Азово-Черноморский бассейн в военный плацдарм, откуда ежедневно морской экосистеме наносится непоправимый ущерб. Милитаризация акватории, ракетные удары с кораблей, заминирование дна моря, загрязнение токсичными отходами из ракетоносцев и нефтяных танкеров – это преступление России против природы и экосистемы связанных между собой Черного и Азовского морей. И пока Путин с генералами и адмиралами играют в морской бой, экологи фиксируют катастрофические последствия: массовую гибель морских обитателей, уменьшение популяции рыбы и ее измельчение, появление новых завезенных видов, деградацию акватории, Азова.
Из-за более чем вдвое повышенной солености некогда самого продуктивного по промыслу в северном полушарии Азовского моря на грани выживания оказались некоторые виды рыб, например судак, бычок, лещ, тарань. Другие виды «переселяются», мигрируя в сторону Керченского пролива. Но местные рыбаки могут только мечтать забросить здесь сети — помешает путинский мост, вокруг которого повышены меры безопасности и жесткие правила судоходства.
«Уменьшился флот, южная часть керченской зоны закрыта для отлова хамсы. А миграция этой рыбы идет через жизненно важную артерию – Керченский пролив. Добывать в Азовском море хамсу сегодня некому: всего два судна, одно из них в ремонте. Прибрежный отлов – туда рыба заходит или не заходит. Участки Керченского пролива, которые на сегодняшний день можно было бы реально отдать для работы рыбакам прибрежного отлова, — вне доступа. Соответственно, имея традиционный продукт – хамсу, видим, как цена на него меняется. Малое количество продукта рождает спрос, возникает объективный дефицит», – говорит глава рыбного предприятия Керчи Анатолий Скрипниченко.
Беда идет за бедой. А тут еще появились конкуренты с «новых» территорий: теперь квоты на отлов крымским рыбакам приходится делить не только с россиянами с той стороны пролива, но и херсонскими и запорожскими коллегами. К примеру, херсонцы первыми начали ловить кефаль — и выбрали всю квоту. За «страдания» крымским рыбакам ежегодно предоставляют субсидии, но не всем и только для поддержки штанов.
Хамса свежего вылова на рынке в Керчи. Фото: Керчьсегодня
Тем временем Путин поручил рыбакам увеличить количество морепродуктов на внутреннем рынке. Мол, недоедают россияне рыбы – вместо необходимых 28 килограммов в год им достается только 24. Правда? Кто-то может сказать Путину, что рыба, например, в Крыму сейчас — золотая, и не одна, как в сказке, а вся. Когда-то самая дешевая из местных рыб хамса свежего отлова на старте путины стоит дороже мяса – 600 рублей за килограмм!
Крымские рыбаки надеются, что зона отлова будет расширена, а запрет на выход старых судов отменят. Однако, учитывая, что власть предержащие в России давно и необратимо поселились на облаках, голоса снизу для них – просто белый шум. Тем более что война, которую Путин не собирается заканчивать, требует денег. А рыболовство на грани банкротства и подорванная экология – для него лишь мелкий сопутствующий вред.
Этот сюжет (материал) подготовлен при финансовой помощи Европейского Союза. Его содержание является исключительной ответственностью ОО «Информационный пресс-центр» и ни при каких обстоятельствах не может рассматриваться как отражающий позицию Европейского Союза.
