В Офисе Генпрокурора подтвердили, что ночью детективы НАБУ провели следственные действия в служебных помещениях, которыми пользуются генеральный прокурор Руслан Кравченко, его первая заместительница Мария Вдовиченко, а также другие работники и структурные подразделения ОГП. При этом в ОГП обыски связывают с доступом детективов НАБУ к материалам дел, в частности, касающимся возможной «противоправной деятельности» работников антикоррупционных органов.
Об этом говорится в заявлении Офиса генерального прокурора.
Как отмечается, около полуночи детективы НАБУ все же провели следственные действия в служебных помещениях, которыми пользуются генеральный прокурор, первый заместитель генерального прокурора, а также другие сотрудники и структурные подразделения ОГП.
Также в заявлении подчеркивается, что масштаб этих следственных действий, их фактическое обоснование и перечень материалов, к которым был получен доступ, требуют отдельной правовой оценки.
«Среди документов, к которым был получен доступ во время обысков, находились материалы уголовного производства в отношении возможных противоправных действий близких лиц, связанных с руководством САП. Это производство расследовалось под процессуальным руководством Офиса Генерального прокурора. О его существовании и ходе расследования руководству САП было известно. Кроме того, детективы получили доступ к материалам другого уголовного производства, в частности к информации, полученной в рамках проведения НСРД в отношении возможной противоправной деятельности сотрудников НАБУ и САП», — говорится в сообщении.
В таких обстоятельствах ОГП считает необходимым установить, соответствовал ли фактический объем доступа детективов предмету уголовного производства, в рамках которого проводились обыски.
Речь идет исключительно о правовой оценке конкретных процессуальных действий: к каким материалам был получен доступ, были ли они осмотрены, скопированы или изъяты и охватывались ли они соответствующими судебными разрешениями.
Также отмечается, что отдельные вопросы возникают и после анализа судебных постановлений, которыми обосновывались следственные действия в отношении руководства ОГП.
О генеральном прокуроре
Офис генпрокурора подчеркивает, что в постановлении приведены отдельные разговоры сотрудника ОГП, касающиеся бытовых вопросов.
Руслан Кравченко, генпрокурор Украины. Фото: Facebook
Среди них упоминание о «темной плитке» в одном из помещений, которым пользуется генеральный прокурор, а также обсуждение установки сигнализации и внутренних датчиков.
На основании этих разговоров в материалах далее выдвигается версия о возможной связи со средствами, которые, по предположению следствия, могли иметь противоправное происхождение.
«В то же время в приведенных в постановлении материалах нет прямых данных о том, что генеральный прокурор давал какие-либо указания содействовать деятельности колл-центров, препятствовал их разоблачению или расследованию, предупреждал кого-либо о планируемых следственных действиях, получал средства от такой деятельности или неправомерную выгоду либо оплачивал за счет средств преступного происхождения ремонтные работы, установку сигнализации или любые другие услуги. Связь между приведенными бытовыми разговорами и возможной преступной деятельностью в материалах обосновывается преимущественно предположениями», — говорится в заявлении.
Об этом свидетельствуют и формулировки, использованные в постановлении: «вероятно», «возможная осведомленность», «не исключает», «могут быть».
Именно поэтому достаточность таких данных для проведения следственных действий в служебных помещениях Генерального прокурора, по нашему мнению, требует отдельной оценки.
Еще один пример — приказ №309 «Об организации деятельности прокуроров в уголовном производстве».
«В пункте 169 постановления приводится разговор, в котором сотрудник ГП пересказывает якобы договоренность с «шефом», под которым следствие подразумевает Генерального прокурора, относительно внесения изменений в этот приказ. Этот разговор также использован в качестве одного из аргументов в обосновании следственных действий. В то же время никаких таких изменений Генеральный прокурор не подписывал. Они не были приняты и не вступили в силу. Таким образом, речь идет об обсуждении возможного управленческого решения, которое фактически не было реализовано», — говорится в заявлении.
«По нашему мнению, это обстоятельство также должно было быть учтено при оценке достаточности оснований для проведения обыска», — добавили в Офисе генпрокурора.
О первой заместительнице генпрокурора Марии Вдовиченко
Как отмечается, приведенные в постановлении разговоры касаются координации и проведения следственных действий в уголовных производствах, связанных с деятельностью колл-центров.
Мария Вдовиченко, первый заместитель Генпрокурора. Фото: facebook.com/pgo.gov.ua
В частности, в материалах фигурирует термин «реализация», который сам суд связывает с возможным проведением обысков в колл-центрах. То есть речь идет об обсуждении проведения правоохранительной операции в отношении лиц, деятельность которых проверяется в рамках уголовного производства.
«В то же время это обсуждение в дальнейшем используется как один из элементов версии о возможном содействии этим же лицам. Таким образом, подготовке законных по своей правовой природе следственных действий против колл-центров фактически придано противоположное уголовно-правовое содержание: она использована как аргумент в подтверждение возможного содействия деятельности объектов, в отношении которых эти следственные действия и готовились. Другие разговоры, приведенные в постановлении, касаются необходимости систематизировать противодействие колл-центрам, сконцентрировать соответствующие уголовные производства в специализированном направлении и обеспечить единую координацию этой работы в регионах», — говорится в заявлении.
Также отмечается, что по своему содержанию это вопрос организации работы прокуратуры и правоохранительной деятельности. Именно поэтому эти обстоятельства должны оцениваться в полном контексте и с учетом фактических управленческих и процессуальных решений.
В ОГП заявили, что уважают институциональную независимость НАБУ и САП и заинтересованы в профессиональном взаимодействии между всеми правоохранительными органами.
«Возможное превышение пределов законного доступа к материалам уголовных производств, не имеющих отношения к предмету обыска, будет тщательно проверено в рамках уголовного производства. Каждое установленное обстоятельство получит надлежащую правовую оценку. Позиция Офиса Генерального прокурора последовательна: любые факты возможной противоправной деятельности сотрудников прокуратуры должны расследоваться без исключений. В то же время все следственные действия, независимо от органа, который их проводит, должны осуществляться исключительно в рамках закона и предоставленных судом полномочий», — резюмирует Офис генпрокурора.
Напомним:
- НАБУ и САП в рамках спецоперации «Карфаген» разоблачили деятельность преступной организации, участники которой систематически получали неправомерную выгоду от мошеннических колл-центров и легализовывали миллионное состояние. Организатором схемы оказался один из руководителей структурных подразделений Офиса Генерального прокурора.
- По данным источников УП в бизнес-кругах, НАБУ и САП задержали заместителя начальника Департамента международно-правового сотрудничества ОГП Сергея Крапиву.
- Офис генеральной прокуратуры заявил, что будет полностью содействовать антикоррупционным органам по делу о работе мошеннических колл-центров. В то же время в ОГП заявили, что отстранят работника, в отношении которого проверяется возможная причастность к противоправной деятельности.
