Таврический национальный университет: год становления и старые-новые вызовы

Таврический национальный университет имени В.И.Вернадского, который возобновил свою работу в Киеве в феврале 2016 года, переживает небывалую вступительную кампанию. С одной стороны ТНУ получил рекордное количество абитуриентов - подано 5,5 тысяч заявок. С другой - именно в это ответственное время набирает резонанс скандал с обвинениями в коррупции, «студенческим» пикетом и публикациями на сетевых ресурсах. И хотя в пикете, как оказалось, не было ни одного студента ТНУ, а публикации с цитатами преподавателей имеют все признаки заказных, имеем не одно свидетельство, что становление ТНУ в Киеве идет не без проблем. Поэтому самое время ректору университета профессору Владимиру Казарину предоставить общественности честные ответы на возникшие вопросы, а общественности - дать им оценку и приобщиться к решению проблем, которые могут помешать и становлению ТНУ, и получению качественного образования студентами из Крыма, Донбасса и других регионов Украины. Год назад Владимир Казарин заявлял, что университет станет платформой для подготовки новых кадров для деокупованого Крыма. Отвечает ли этой задаче нынешняя деятельность ТНУ, как обеспечить действительно европейский уровень учебного процесса и почему до сих пор не сформирован Наблюдательный совет университета?

Об этом ректор Таврического национального университета Владимир Казарин, экономический эксперт фонда «Майдан иностранных дел» Юрий Смелянский и экспер Центра гражданского просвещения «Альменда» Валентина Потапова (по телефону) дискутируют в эфире программы Валентины Самар «Вопрос национальной безопасности» (проект Центра журналистских расследований, эфир ТРК Черноморская, 01.08.2017).

Валентина Самар: Володимире Павловичу, почнемо зі вступної кампанії-2017.  Звідки взялося стільки бажаючи вступити до ТНУ, чим ви пояснюєте таку кількість абітурієнтів?

Володимир Казарін: В прошлом году в университет поступило 236 студентов – одна группа по государственной заявке, другая – контрактники, третья – заочники, и мы полагаем, что для первого раза это неплохой результат. Тем более, что правила вступительных экзаменов тогда были опубликованы за две недели до начала вступительной кампании.

Прошел год. За это время мы решили вопросы с помещениями, с сотрудниками, у нас есть общежития, также открыты филиалы в Луцке и Кропивницком. Более того, мы сейчас ведем работу по восстановлению Крымского медицинского университета им. Георгиевского и Аграрного университета в структуре ТНУ.

Я думаю, что вся эта работа дала определенный результат, наша известность обрела какие-то другие обороты. Поэтому мы предчувствовали, что будет много заявлений в этом году, но итог удивил даже нас, когда мы получили 5,5 тысяч заявлений.

Валентина Самар: Такий ріст кількості не зашкодить якості?

Володимир Казарін: Повредить качеству может только неправильная организация учебного процесса или, например, некачественный преподавательский состав. А экзаменационная вступительная кампания для того и существует, чтобы по тем оценкам, которые абитуриенты получают, отобрать лучших, и не взять тех, кто в меньшей степени к этому готов.

Валентина Самар: Я мала на увазі, що має рости не тільки кількість студентів, а й кількість викладачів. А, наскільки я знаю, частина з них вам дісталася у спадок від Академії муніципального управління. І це далеко не той рівень, щоб виконати зобов’язання про європейський рівень освіти, про який ви говорите ще з минулого року.

Володимир Казарін: Тут можно с вами поспорить. Потому что часть преподавателей, которые перешли с Академии, очень серьезные преподаватели, и самое главное – они очень серьезные ученые и исследователи, им принадлежит очень много патентов в разных сферах в изобретательской и научной деятельности. Там есть совершенно золотые люди, и я думаю, что пару человек через 5-6 лет смогут стать даже Нобелевскими лауреатами.

Студенты – разные, как и все, но большая часть студентов настроены на учебу, на то, что нужно самим зарабатывать, они не нахлебники, чтобы родители их содержали. И в этом смысле там есть, с кем работать. Поэтому я думаю, у нас нет оснований критически к ним относится, как это иногда делают.

ТНУ на вул. Ивана Кудри

Валентина Самар: Як ТНУ  виглядає з боку експертного середовища, Юрію? Нагадаю, що Юрій Смелянський до анексії був викладачем економічних дисциплін у Кримському гуманітарному університеті.

Юрій Смелянський: Говорить о том, что о работе Таврического национального университета что-то очень много говориться, достаточно сложно. В основном разговоры начинаются в тот момент, когда на публичное обсуждение выплывает острый вопрос, а их не может не быть, ведь университет только восстанавливается, и есть определенная проблематика и в организационном плане, и в плане формирования преподавательского и студенческого коллективов. Но! Сегодня прозвучала цифра – 5,5 тысяч заявлений. Вопрос первый – сколько из них крымчан? На наш взгляд, в этом главная специфика ТНУ. Потому что это единственный крымский университет на материковой части Украины, больше, может, и не нужно, этого достаточно. Мы видим, что первое и основное задание университета – готовить будущие кадры для работы в деоккупированном Крыму. Хотелось бы очень, чтобы эти кадры, в первую очередь, были крымскими. Среди этих 5,5 тысяч заявлений какая доля крымчан? А специалистов понадобиться очень много. Например, на начало оккупации в Крыму, без Севастополя, работали 15 тысяч муниципальных служащих. Мы прекрасно понимаем, что их всех нужно будет заменить. И заменить их смогут, в первую очередь, те специалисты, которых мы подготовим в стенах ТНУ. И одна из основных идей эвакуации и восстановления ТНУ в Киеве состояла именно в этом.

Володимир Казарін: Во-первых, я хочу принципиально не согласиться с этой установкой. Действительно, первоочередная задача – подготовка кадров для Крыма, но я не могу согласиться с толкованием, что для Крыма надо готовить кадры только из крымчан. Это противоречит и конституционным основам образования, и законам: студент Украины может поступить в любой вуз и мы не будем строить барьеры, мол, вы к нам не можете поступить, потому что у нас должны учиться только крымские, и мы готовим кадры для Крыма. Это совершенно неверная установка.

Во-вторых, кадры для того же Крыма наш университет всегда готовил из студентов всей Украины. Я хочу напомнить своему коллеге, что приблизительно четверть студентов ТНУ в Крыму – это были студенты, приехавшие в Крым из других регионов Украины. Они там учились, потом кто-то оставался работать в Крыму, кто-то возвращался к себе в Днепр или во Львов, или в Сумы, или в Полтаву. И это тоже правильно.

Что касается цифры поданных заявлений от крымчан, то в этом году она была ниже, чем мы планировали. Я думаю, что по итогам вступительной кампании мы наберем порядка 1100-1200 человек. Речь идет только о первом курсе, он складывается из студентов Киевского колледжа городского хозяйства ТНУ (залишився у складі ТНУ після приєднання до нього Академії муніципального управління - ред.), из студентов наших институтов, которых мы набираем, причем там разные категории – и заочники, и все остальное. Крымчане, по нашим подсчетам составят около 300 человек. Это не та цифра, к которой мы готовились в этом году. Но дело в том, что за 3,5 недели до начала вступительной кампании Верховная Рада принимает этот печально известный "закон Спиваковского", который породил большие сомнения в умах родителей и даже журналистов.

Валентина Самар: Это внесло сумбур, но с другой стороны, идет конкуренция за крымского абитуриента - потому что деньги появились.

Володимир Казарін: Никакой конкуренции не получилось. В результате крымчанам дали сигнал, что их якобы ждут только в южных областях – Запорожской, Херсонской и Николаевской. Я могу уже привести статистику. Мы забрали крымских абитуриентов на уровне 32-34%, а все остальные 33 вуза, которые получились в совокупности с двенадцатью, которые работали по  программам Центров "Крым-Украина", забрали по 1-6% крымчан. И эти 33 университета тонким слоем размазали все остальное. В этом году крымские студенты по каким-то причинам в меньшем количестве поехали на поступление на первый курс.

Валентина Самар: Чем вы это объясняете?

Володимир Казарін: Мы их ввели в заблуждение: они решили, что им в этом году можно поступать только в четыре южные области Украины, а не во все ведущие вузы Украины, которые были предложены по этим программам. И если в этих вузах всего по три-четыре человека крымчан подали заявления, это подтверждает мою правоту.

Валентина Самар: Почему по три-четыре? Мы недавно сообщали, что только в Морскую академию в Херсоне более 300 человек из Крыма подали заявления!

Володимир Казарін: В Морскую академию всегда было много желающих.

Юрій Смелянський: Наверное, я бы все же сказал о том, что это проигрыш. И это проигрыш не только Таврического национального университета, это проигрыш и Украины в 2017-м году, если смотреть на это, как на итог той политики, которую поводит украинская власть по отношению к своему будущему, к своему крымскому будущему, а наше крымское будущее – это наша молодежь, та, которую мы подготовим.

Да, действительно, и во всех крымских вузах, и во всех вузах Украины до войны обучались студенты со всех регионов, и в том университете, где я работал, точно так же. Но давайте вернемся к специфике вузов. ТНУ – вуз, который с точки зрения количества студентов на материке - конкурент, он лишний и дополнительный, давайте говорить честно. А вот с точки зрения специфики, крымский вуз, готовящий будущих специалистов для Крыма – крымчан и не крымчан, выделяется из общего поля университетов, дающих высшее образование для студентов. И восстановление этого крымского вуза на материковой части Украины – одно из тех немногих действий, которыми могла похвастаться украинская власть. Тогда этому надо и соответствовать. Рынок переполнен предложениями на обучение, Украине не нужно столько вузов. Поэтому в этом отношении успешность вуза, который специализируется на чем-то, заключается в том, что он будет соблюдать эту специализацию, подтягивая еще что-то дополнительное.

Володимир Казарін: Я должен с вами не согласиться. Из Крыма за 2014-15-е годы выехало 15 тысяч студентов с самых разных вузов Крыма. И эти крымские студенты нашли себе приют от Львова до Днепра, спасибо украинским вузам, которые тогда их принимали, выделяли стипендию и все остальное. И эти 15 тысяч студентов, которые обучаются сейчас в вузах Украины – также есть подготовка кадров для Крыма. И львовские, киевские, и полтавские вузы тоже готовят кадры для Крыма. И не надо полагать, что только на нас лежит эта священная миссия, как будто нам единственным разрешено готовить кадры для Крыма.

Валентина Самар: Так с этим никто не спорит, но вы же сами в прошлом году говорили, что ТНУ – это специфический вуз, важный элемент политики деоккупации Крыма.

Володимир Казарін: Да, и наряду с другими вузами мы выполняем эту роль, мы готовим кадры, и среди наших студентов не только крымские, но и студенты из других регионов Украины. Они учатся у нас. Мы что им должны сказать? Что мы их готовим не для этой священной миссии, раз они полтавские, и они  не могут этим заниматься? Они могут этим заниматься, они вырастут, и, если захотят, поедут в Крым, и будут там работать.

Валентина Самар: С нами на связи по телефону эксперт центра гражданского просвещения «Альменда» Валентина Потапова. Ваше мнение по вопросу миссии ТНУ?

Валентина Потапова: Однозначно, что Таврический национальный университет должен выполнять свою основную миссию – возвращение Крыма, но я не вижу проблемы, если абитуриент из Полтавы будет бороться за свою землю, если эта земля – Крым, ведь эта земля и абитуриента из Полтавы, и из Донецка, и из Киева и так далее, ведь это наша земля. И мне кажется, что основная проблема, которая возникла с ТНУ в том, что эта миссия не была донесена до всех студентов. Мы неоднократно говорили с Владимиром Павловичем, и он неоднократно повторял это в эфирах, что этот университет должен выполнить свою роль в процессе деоккупации Крыма. Это и научный потенциал, и научные проекты, и изучение экологии, истории и филологии Крыма. То есть это основное. А в том, что там будут учиться дети из других регионов Украины, я не вижу никакого противоречия.

Валентина Самар: Вы много общаетесь со студентами и их родителями. В каком ряду у них сейчас стоит ТНУ и чем объясняется такая его популярность в этом году, по вашему мнению?

Валентина Потапова: Я могу сказать, в каком ряду стоят вообще университеты для крымчан. Крымчане хотят увидеть в университете новую Украину, которая очень дорого заплатила после Майдана за свое право быть новой. И для крымчан очень важно, чтобы эти университеты были бы свободными от коррупции, чтобы это были университеты, где студент – равноправный партнер образовательного процесса. Если бы за этот год Таврический национальный университет продвинулся бы больше в этом направлении, и больше бы себя в этом направлении рекламировал, то, наверное, такого небольшого количества абитуриентов из Крыма бы не было. Этого же хотят родители и абитуриентов из других регионов. Университет должен был стать пространством прав человека. И это самое главное, потому что там, в оккупации, очень сильно хотят увидеть новый украинский университет.

К большому сожалению, университеты Украины все еще связаны с какими-то коррупционными схемами, с неуважением к правам студента. Мы очень надеялись, что ТНУ, который родился сейчас, не будет связан с подобными скандалами. Для меня это - личная боль.

Володимир Казарін: Я обращу внимание на фразу «университет, который только родился». Вы все собрались вокруг этой колыбели и говорите: «А чего он еще слова не произносит, а чего он еще ножками не так двигает?». Я повторяю: он за один год вырос до четырехтысячного коллектива.

Второе. У нас в университете нет абсолютно никакой коррупции. У нас нет таких отношений между преподавателем и студентом, у нас нет таких отношений между преподавателями. За этот год нас четыре месяца проверяла налоговая, проводился аудит Министерства образования и науки  2,5 месяца, всякие другие проверки. Мы каждый раз говорим студентам, что если появится один такой факт, приходите, мы разберемся с этим случаем публично. У нас ни одного случая такого рода отношений нет. Мы порвали с этой практикой, с которой частично были связаны наши предшественники (Академія муніципального управління, у жовтні 2016 р. реорганізована та приєднана до ТНУ - ред.) раз и навсегда. Я заявляю об этом ответственно, и, если есть такие случаи, приходите в университет, и мы будем вместе разбираться.

Валентина Потапова: Давайте назовем вещи, которые есть на сегодняшний момент. Сегодня в информационном поле идет скандал. Я не знаю, что там правда, а что – нет. Я не могу в этом разобраться, как не могут это сделать и все остальные. Но это неправильно, что этот скандал вообще появился. И мне кажется, для того, чтобы поставить точку в этой ситуации, наверное, ни мы, и ни я не должны смотреть, кто прав, а кто виноват. Мне кажется, из этого скандала университет должен выйти очень открыто, очень прозрачно, назвав вещи своими именами. И если это клевета, то те, кто оклеветал этот университет, должны понести соответствующее наказание. А если это правда, то должно быть наказание в другую сторону. Все было бы хорошо, если бы не то, что происходит последние три недели.

Валентина Самар: В чем еще разница между нами и оккупированными территориями? В том, что мы можем открыто об этих проблемах говорить, проводить независимые журналистские расследование, привлекая правоохранительные органы. Владимир Павлович, я бы все-таки советовала обратиться в НАБУ, потому что вы говорите, что у вас нет коррупции, а я говорю, что она осталась у вас в виде наследства от Академии.

Володимир Казарін: Мы дважды обратились в НАБУ...

Валентина Самар: А по какой причине до сих пор не  сформирован Наблюдательный совет ТНУ?

Володимир Казарін: Решение ученого совета по этом поводу состоялось: всем директорам и студентам сказано, чтобы они внесли свои предложения, кого бы они хотели видеть в этом наблюдательном совете. И сегодня в этом списке предложений около 40 фамилий.

Валентина Самар: Валентина, "Альменда" подавала свои предложения?

Валентина Потапова: Не подавала, потому что мы даже не знали, что нужно подавать предложение.

Валентина Самар: Юрий, а вы подавали предложения по Наблюдательному совету?

Юрій Смелянський: Нет, не подавали, потому что узнали об этом уже из обсуждения в Фейсбуке.

Володимир Казарін: Обсуждение в Фейсбуке, надо заходить на сайт университета, где все это висит, читать эти материалы, они там размещены для общего пользования. И там сказано, что мы принимаем предложения по формированию Наблюдательного совета. И уже от бывших президентов Украины есть предложения, кого туда включить, и от всяких министров, которые в этой сфере работали в разные годы.

Валентина Самар: Но еще же не поздно общественности внести свои предложения?

Володимир Казарін: Конечно, не поздно.

Валентина Потапова: Мне сейчас очень обидно это слышать. Наша организация и лично я сделали очень много для открытия университета, но я должна была узнать об этих вещах из Фейсбука! Я не могу понять, почему нашу организацию сейчас выбросили из числа тех людей, которые сделали невероятно много для того, чтобы университет состоялся.

Юрій Смелянський: Конечно, очень горько читать в «желтой» подобные раздраи, которые идут в адрес университета. И я на 300% согласен с Валентиной: в связи со спецификой университета этого скандала нельзя было допускать. И для того, чтобы это не выливалось, было сделано не все. И это «не все», - это Наблюдательный совет. За год его можно было создать. И на сегодняшний день уже члены Наблюдательного совета, а не один ректор университета, защищали бы честь ТНУ и доказывали бы обществу, что это ложь. А по сути, если говорить о людях, которые писали об этом в «желтой прессе», то, на мой взгляд, это один из видов коллаборационизма. Это один из видов подрыва территориальной целостности. В самой статье, которая была опубликована, нет ни одного доказательства, лишь общие фразы и одна сторона.

Валентина Самар: Для разрешения всех этих вопросов и нужен Наблюдательный совет. То есть люди, который были бы над конфликтом, которые в равной степени могут оценить все стороны.  Еще плохо, что вы не провели аудит в самом начале, когда принимали это все хозяйство Академии.

Володимир Казарін: Нет, с этого и началось. Дело в том, что мы не можем принять другое хозяйство без проверки. И настолько все плохо было в том, что мы приняли, что мы заплатили 800 тысяч гривен долгов за наших предшественников. Потому что, какую сферу ни проверяли, везде были нарушены законы.

Валентина Самар: За это кто-то же должен отвечать, наверное?

Володимир Казарін: Теперь, когда проверка закончилась, и нам дали документ, мы говорим, что это не наши долги. А нам проверяющие говорят, что штрафуют нас, потому что мы правопреемники, а вы можете подавать в суд на предыдущее руководство, чтобы они компенсировали университету все то, что они у университета сегодня отняли. Это будет большой и длинный судебный процесс.

Валентина Самар: Коррупция, которая существует в стране повсеместно, все равно осталась в университете, чтобы бы вы ни говорили, что ее нет. Остались какие-то связи, какие-то незаконченные схемы, проплаченные наперед диссертации. Мы теперь знаем, какие "выдающиеся" крымские ученые защищались в этой академии. Например – Рустам Темиргалиев, великий деятель «русской весны», Федор Узунов (в 2014 р. став "депутатом Симферопольского горсовета" від "Единой России", а в 2015 р. захищав у  АМУ дисертацію на здобуття наукового ступеня доктора наук з державного управління - ред.).

Меня также беспокоит, что вам в наследство достался очень большой актив завидной недвижимости. Это роскошные особняки, в том числе на улице Кирилловской, построенный отцом Михайла Грушевского; это здание-особняк на берегу Днепра рядом с «Ленинской кузней» президента на острове Рыбальском; это здание на улице Ивана Кудри; общежития с огромными участками земли; это два стадиона. И я не верю, что люди, который претендовали на эти активы, закрыв глаза, отказались от своих планов. Взять хотя бы стадион на Ивана Кудри, где планировалось строительство жилого комплекса...

Володимир Казарін: ...И у меня в сейфе лежит когда-то подписанный договор об этом. И нас уговаривали переподписать этот договор, мы категорически отказались, и на нас началось давление. Но вы знаете, кто нам особенно помог в этом всем? Ко мне пришли разъяренные жители домов, которые находятся рядом с нами. Им кто-то сказал, что мы дали согласие на строительство жилых домов на этих площадях. И они пришли с нами спорить и ругаться. Я им сказал, что ни в коем случае, это будет спортивный объект и спортивная инфраструктура. Тогда они нам сказали, что если на нас будут давить, то жильцы этого района выйдут на протест, и будут жить в палатках.

Валентина Самар: Кто застройщик? С кем был договор у Академии?

Володимир Казарін: Более пяти застройщиков предлагали нам определенные договорённости по этом поводу. Я сейчас их называть не буду, потому что некоторыми из них сейчас занимаются компетентные органы. Пусть это все дойдет до какого-то результата, тогда мы будем оглашать.

Валентина Самар: Мы вернулись к тому, что вы снова что-то знаете, чего-то опасаетесь, но прямого ответа нет. А между тем, эти скандалы – заказные публикации, заказные пикеты, вполне возможно, отсюда.

Володимир Казарін: Да, я думаю, что часть застройщиков просто-напросто начало через титушек решать свои вопросы. Если взять совокупность участков, на которые они претендовали, и которые входят сейчас в состав университета, то в общей сложности университет нанес "ущерб" этим людям на 1,5 миллиарда долларов.

Юрій Смелянський: Только молчанием это не победить. Замечательно, что этим занимаются компетентные органы, но как показывает опыт борьбы с застройками в Крыму, до тех пор, пока общественность не начинает бороться в помощь компетентным органам, положительных итогов дождаться очень сложно.

Володимир Казарін: Но у нас целый совет жителей Печерского района. Люди к нам приходят, бабушки гуляют по стадиону, и они категорически против того, чтобы тут было что-то, кроме спорта.

Валентина Самар: Что с эти роскошным дворцовым зданием на Кирилловской? Почему в нем уже год не идут занятия?

Володимир Казарін: Занятия в нем уже не идут 4 года, потому что в свое время там была прорвана труба отопления. Наши предшественники решили ее не ремонтировать. Мало того, было нарушено электроснабжение, которые тоже было решено не ремонтировать. Они закрыли здание на ключ и ушли оттуда. Когда нам это здание передали в 2016-м году, мы там сразу завели электросети, включили кондиционеры, и начали там учебный процесс. Это первое здание, где мы вели учебный процесс.

За это время мы договорились с компанией, которая берется отремонтировать теплоцентраль, чтобы подать тепло в батареи. Потом выяснилось, что батареи нужно поменять – мы половину поменяли, половину продували. Мы к сентябрю заканчиваем восстановление теплоснабжения, и уже даже не одна ветка, а две ветки трехфазного электричества заведены в здание, вторая – резервная, если что-то случиться. Мы начнем там учебный процесс с сентября, мы потратили, к сожалению, большие деньги, у нас сегодня сложная ситуация с деньгами, но нам нужно, чтобы с первого сентября там занятия возобновились.

Валентина Самар: После огромных усилий, которые были приложены для  открытию университета, все немного успокоились и забыли о ТНУ. Я так понимаю, ситуация такова,  что крымская общественность должна вернуться к проблемам университета.

Володимир Казарін: Общественность все время с нами, без нее мы б ничего не решили.

Юрій Смелянський: Любое развитие связано с проблемами, просто хотелось бы, чтобы проблем было меньше, а успехов было больше. И те ожидания, которые мы все вкладывали в восстановление и работу Таврического национального университета, только оправдывались.

Володимир Казарін: Все время кататься на общественности тоже нельзя, надо самим работать. Мы получили помощь в ряде вопросов от общественности, спасибо ей. Но одновременно и университет за этот год в целом ряде кризисных вопросов выступала на защиту той или иной крымской организации, тех или иных инициатив. В том числе участие студентов ТНУ в массовых манифестациях, которые проходили в центре Киева, это тоже знак нашего присутствия.

Валентина Самар: Это были добровольные акции?

Володимир Казарін: Да, у нас никогда по приказу никто не выходит.

Інформаційна агенція “Центр журналістських розслідувань”
Kyiv Kyiv Ukraine