Санкции СНБО. Когда количество не переходит в качество

Євген Лешан, Центр журналістських розслідувань

Списки физических и юридических лиц, в отношении которых Совет национальной безопасности и обороны ввел санкции за нарушение суверенитета и территориальной целостности Украины, пополнились сотнями фигурантов - 19 марта президент Петр Порошенко подписал соответствующий Указ.

Это радует, потому что о значительной части этих «новеньких» Центр журналистских расследований писал еще летом  прошлого года, когда были опубликованы более ранние редакции списков. Тогда мы сравнили санкционные списки СНБО и министерства финансов США (OFAC), где нашли немало персон и компаний, которые были напрямую причастны к оккупации Крыма, и которых странным образом обошли украинские санкции.

Строительство Керченского моста Фото: most.life

Среди них были компании, которые перевозили из России в Крым военных и боевую технику для захвата полуострова, а позже — гражданских и грузы, способствовавшие закреплению российской оккупации полуострова. Начиная с 2014 года США применяли серьезные санкции к российским чиновникам и олигархам и их бизнесу. Позже в перечень OFAC добавились компании, которые были задействованы в незаконном строительстве Керченского моста. Но в Киеве их не видели.

За полторы недели до выборов у президента раскрылись глаза. Санкции СНБО попытались синхронизировать с западными. Фактически все доселе «потерянные» СНБО физические и юридические лица, на которых, в частности, указывало и исследование Центра журналистских расследований, внесены в новые санкционные списки.

Кроме того, как сообщает министерство по вопросам временно оккупированных территорий, новые санкции были применены к:

23 физическим лицам, привлеченным к проведению незаконных археологических работ на объектах культурного наследия или приняли участие в мероприятиях, направленных на легитимизацию незаконной оккупации АР Крым и м. Севастополь;

— российским предприятиям и предприятиям из стран Европы, обеспечивающих деятельность ООО «Титановые инвестиции» в г. Армянск ( титановый завод Дмитрия Фирташа);

— 14 юридическим лицам, привлеченным к поставке материалов, оборудования и услуг для заводов оборонно-промышленного комплекса РФ на временно оккупированных территориях.

Вид на завод «Крымский титан» со стороны Херсонщины, март 2018 года Фото: investigator.org.ua

Так что, можно считать, что СНБО, СБУ, Кабинет министров и Национальный банк Украины исправились и теперь работают по-новому? Нет, к сожалению.

Мы упрекали государственные органы Украины, уполномоченные подавать предложения по применению специальных ограничительных мер (санкций), не только в том, что какие-то конкретные персоны и компании не попали в санкционные списки. Претензия была в отсутствии системной государственной санкционной политики — а такая политика должна существовать в стране, для которой санкции являются важным инструментом преодоления российской агрессии и восстановления территориальной целостности Украины.

И здесь вопрос не только в неуклюжести и некомпетентности органов власти. Собственно, работа по сбору и сортировке данных в отношении физических и юридических лиц, в отношении которых должны применяться санкции, не является запредельно сложной или такой, на выполнение которой нужно пять лет. Но с момента оккупации прошло именно пять лет. И лица, причастные к этой российской авантюре, благодаря неторопливости украинских чиновников получили достаточно времени, чтобы спасти свой бизнес и активы в Украине от санкций СНБО.

Например, российский миллиардер Алексей Мордашов в 2017 году продал ПАО «Днепрометиз», хотя еще с 2016 года его активы были заблокированы из-за внесения олигарха в санкционный список. Тогда же еще один российский олигарх — Олег Дерипаска продал «Николаевский глиноземный завод» и три другие украинские компании, которые контролировала его корпорация «РусАл». Группа VS Energy россиян Александра Бабакова (вице-спикера той Госдумы, что «узаконила» оккупацию Крыма), Евгения Гинера и Михаила Воеводина продала свои доли в АО «Одессаоблэнерго» и ПАО «Киевоблэнерго» группе ДТЭК Рината Ахметова.

Железнодорожный паром «Анненков» в порту «Крым» (Керчь), 7 июля 2018 г Фото: kerch.fm

И даже не важно, были ли эти персоны и эти активы под санкциями на момент продажи. Потому что сам закон «О санкциях» не дает процедуры, по которой выполняются ограничительные меры — блокирование активов, ограничение торговых операций, предотвращение вывода капиталов за пределы Украины, не определяет центральный орган власти, ответственный за применение этих мер, который должен вести мониторинг соблюдения санкций и активов, под них попавших. То есть, действенность самого закона крайне ограничена. Украинские санкционные списки мало чем отличаются от интернет-доски позора.

Те же «десять пакетов» представлений в СНБО от МинВОТ, об утверждении которых радостно пишет в соцсети сотрудник министерства Сергей Мокренюк, были представлены не вчера. Сколько ходило по инстанциям представление на российских археологов — с учетом сложной бюрократической процедуры согласования таких документов? Похоже, что в АП или СНБО их накапливали, чтобы выдать вместе в финале избирательной кампании?

О секторальных санкциях, которые могли бы быть действенным инструментом борьбы с экономической составляющей российской агрессии, можно не упоминать — они отсутствуют как явление.

Итак, системных изменений в санкционной политике действующей власти нет. Но хоть эти новые перечни можно было составить пристойно? Нет, оба приложения к Указу — на физических и юридических лиц — выглядят так, будто они составлялись в спешке, без основательного изучения фигурантов. Об этом свидетельствует, в частности, и то, что как минимум три компании в перечне указаны дважды.

Строительство Керченского моста на острове Коса Тузла Фото: most.life

Например, ООО «СГМ-Мост», которое играло ключевую роль в строительстве Керченского моста, указано в пунктах 9 и 249 перечня юридических лиц, к которым применяются ограничительные меры (санкции). В обоих случаях указан один налоговый номер (ИНН), но разные адреса — старый (г.. Москва, ул. Неверовского, дом 10, строение 3) и действующий (Москва, ул. Барклая, д. 6, строение 7).

Такая же история с АО «Совмортранс» — пункты 244 и 261 в приложении к решению СНБО, ИНН 7707084150, одно название, но в одном случае указан только юридический адрес (Москва, ул. Довгоруковська, 9, каб. 402), а в другом — фактический (Москва, проул. Рахмановський, 4, корп. 1). Кстати, по российским реестрам, компания сейчас имеет другой юридический адрес — Москва, Селезневская улица, дом 11а, строение 1, помещение 32.

Под пунктами 213 и 240 перечня СНБО обозначены компании, российские названия которых полностью идентичны — «Управляющая компания «Совфрахт», ИНН тоже одинаковый — 7707283483. Эта компания перевозила в Крым российских военных и технику, а потом ее же паромами в оккупированный Севастополь доставили печально известные турбины компании Siemens. 

Есть вопросы и к списку физических лиц — например, Владимир Якунин (пункт 801) в перечне 1 обозначен как председатель правления ОАО «Российские железные дороги». Однако Якунин с августа 2015 оставил эту должность, а теперь он — кстати, бывший сотрудник советской внешней разведки — является учредителем форпоста российского влияния в Германии — так называемого Исследовательского института «Диалог цивилизаций».

Итак, очередной указ о введении санкций подписан Петром Порошенко в финале президентской кампании и накануне мини-саммита ЕС — так совпало? Вряд ли.

Но количеством фигурантов санкционных списков не вернуть времени и возможностей, которые потеряны из-за неэффективной санкционной политики нынешней власти в лице главы СНБО и «главного дипломата» Порошенко. 

Інформаційна агенція “Центр журналістських розслідувань”
Kyiv Kyiv Ukraine